среда, 9 мая 2012 г.

КИТАЙСКИЙ КОЛЛЕГА ЧЖАО ШИЛЯН – УЧЕНИК Ф.И. КАРАТЫГИНА

Татьяна Валентиновна КУЗНЕЦОВА,
заместитель директора по развитию Центральной городской библиотеки имени В.В. Маяковского (Санкт-Петербург), кандидат исторических наук,

Как отмечал академик А.О. Чубарьян на Всероссийском совещании председателей диссертационных советов по историческим наукам, «на авансцену сегодня всё в большей степени выдвигается проблематика, связанная с ролью человека в истории».

Применительно к развитию истории России можно сказать, что человек возвращается в историю. История становится не только и (порой даже) не столько рассказом о закономерностях, сколько – раскрытием действий отдельных людей со всеми их личностными качествами. «История проходит через Дом человека, через его частную жизнь. Не титулы, ордена или царская милость, а «самостоянье человека» превращают его в историческую личность. Чувство собственного достоинства, душевное богатство, связь с исторической жизнью народа делают его Человеком, достойным войти в Историю»,– с этим утверждением Ю.М. Лотмана, имеющим отношение и к людям библиотечно-информационной сферы, трудно не согласиться.

Освещение известных методологических подходов в персонификации рассмотрения этой сферы, систематизация материала о профессиональной деятельности её выдающихся личностей крайне необходимы как для учебного процесса, связанного с изучением развития библиотечного дела, так и для воспитания уважения к видным деятелям отечественной культуры.

В этом ключе очень примечательна деятельность Федора Ивановича Каратыгина – ближайшего сотрудника первого директора Московского государственного библиотечного института (МГБИ, ныне Московский государственный уничервситет культуры и искусств – МГУКИ) Г.К. Дерман, признанного видным организатором библиотечного дела, крупным педагогом высшей школы.

С его жизненным и творческим путем широкая общественность имела возможность подробно познакомиться благодаря вышедшей в 2009 году в издательстве МГУКИ книги Т.Ф. Каратыгиной «Федор Иванович Каратыгин : педагог, ученый, человек, стоявший у истоков МГУКИ», в качестве рецензента которой мне довелось выступить в 2011 году на страницах профессионального печатного органа Российской библиотечной ассоциации (Человек возвращается в историю// Бюллетень Российской библиотечной ассоциации. - 2011.- № 59.- С. 52-53).

Залогом воссоздания на основе многочисленных материалов живого портрета выдающегося отечественного ученого – библиотековеда, многие черты которого можно перенести в будущее, воспринять юному поколению профессионалов для продолжения, явился интеграционный подход к анализу и профессиональной практики, и чисто человеческих черт Ф.И. Каратыгина, характеризующих его взаимоотношения с обществом.

Убедительным доказательством широких границ влияния таких личностей, как Федор Иванович на окружающих, являются сохранившиеся отзывы о нем его сослуживцев, родных, учеников, связанных с ним житейски и профессионально.

Мне, как книговеду-востоковеду, было особенно приятно прочитать среди воспоминаний выпускников МГБИ – бывших студентов Ф.И. Каратыгина – свидетельства о нем хорошо знакомого мне китайского коллеги Чжао Шиляна – известного в Китае теоретика и практика библиотечного дела.

С Чжао Шиляном (1930-2010) мне довелось общаться в период неоднократных командировок в Китай в 1990-х годов в ходе моей работы над кандидатской диссертацией по теме «Центры русского книжного дела в Китае в 1917-1949 годы». Мой исследовательский интерес был связан с поиском литературы на русском языке в фондах библиотек Поднебесной.

Наше многолетнее творческое общение обуславливалось тем, что в течение 30 лет вплоть до ухода на пенсию в 1991 году биография Чжао Шиляна была связна с Хэйлунцзянской провинциальной библиотекой (аналогом российских областных универсальных научных библиотек), в хранилище которой была богато представлена русскоязычная литература.

Кроме того, вся профессиональная работа Чжао Шиляна носила чрезвычайно разносторонний характер и являла собой пример сочетания организационно-практической, научно-теоретической, преподавательской и общественной деятельности.

Не последнюю роль в установлении и развитии наших творческих контактов имело и то обстоятельство, что китайский коллега замечательно владел русским языком, был прекрасным переводчиком. Однако главным условием нашего позитивного сотрудничества, как я полагаю, служили заложенные в нем еще в период обучения в МГБИ (1954-1958) неизменный интерес к изучению и популяризации в Китае российского, а точнее – советского, опыта и постоянное стремление к развитию китайско-российских библиотечных связей.

Как видится, определенную роль в этом еще в начале профессионального пути китайского коллеги сыграл для него Федор Иванович Каратыгин, которого он не раз вспоминал, беседуя со мной.

В приведенном в упомянутой выше книге Т.Ф. Каратыгиной очерке Чжао Шиляна «Несколько слов о Ф.И. Каратыгине» он характеризует своего учителя следующим образом: «На втором курсе мы стали слушать лекции Федора Ивановича. Казался он нам очень добрым человеком, читал лекции, буквально как беседуя с нами. Всегда держал живой контакт со слушателями, и каждый из нас чувствовал, что он как бы постоянно смотрит тебе в глаза. Объяснял он всегда понятно, просто и очень близко к сердцу. Это его отличительная черта, и поэтому все мы его уважали от души».

Сохраняя многие годы память о «своем уважаемом учителе», Чжао Шилян перенес свое отношение сердечной творческой привязанности и дружбы, которое было у него к старшему по возрасту русскому наставнику и педагогу, и на его дочь – Татьяну Федоровну Каратыгину.

В мае 1982 года, после прочтения в № 1 за 1982 год журнала «Советское библиотековедение» статьи В.В. Серова и О.И. Талалакиной, опубликованной к 90-летию Ф.И. Каратыгина, Чжао Шилян обращается к Т.В. Каратыгиной с просьбой рассказать «об общих знакомых, о дорогом родном институте и замечательной, незабываемой Левобережной». И это письмо положило начало их долгой переписке.

Т.Ф. Каратыгина, как отмечал Чжао Шилян, «прислала немало книг по советскому библиотековедению и очень помогала в их переводе на китайский язык».

Чжао Шилян вошел в историю китайского библиотечного дела, как автор и переводчик (главным образом, с русского языка) более 50 работ, среди которых также его оригинальные учебники и учебные пособия по курсу «Работа с читателями в библиотеках», вышедшие с 1980 по 1988 год в Пекине и Чаньчуне.

Внимание российского читателя в свое время привлекла и появившаяся в 2003 году в № 3 журнала «Новая библиотека» статья китайского коллеги «Я и советское библиотековедение».

Что касается переводческого дара Чжао Шиляна, то, как он сам неоднократно подчеркивал, вряд ли еще найдется второй человек в Китае, который бы перевел столько же (как и он) советской литературы по библиотековедению на китайский язык.

В период с 1970 года по 1990 год им были переведены четыре советских учебника, подготовленные в МГИК и ЛГИК (Ленинградский государственный институт культуры), среди них: «Библиотечные фонды» (перевод вышел в 1983 году), «Работа с читателями» (1986), «Общая библиография» (1986), «Библиотековедение. Общий курс» (1990).

Помимо этого с 1983 года по 1995 год Чжао Шилян перевел около 30 статей из ведущих профессиональных периодических и продолжающихся изданий нашей страны, принадлежащих перу таких авторов, как К.И. Абрамов, О.П. Коршунов, Ю.Н. Столяров, А.Я. Айзенберг, И.В. Морозова и др., посвященных как ключевым проблемам библиотечно-информационной науки, так и методике преподавания ведущих профессиональных дисциплин.

В череде будней, наполненных переводческой и организаторской работой, Чжао Шилян находил время для переписки с созданным в структуре Уренской центральной районной библиотеки Нижегородской области музеем ученого-просветителя Ф.И. Каратыгина, где ныне специально выделены материалы о китайском библиотековеде.

Однако в последние два года данная переписка прекратилась. Лично узнать причину этого музей попросил Т.Ф. Каратыгину, отправлявшуюся в марте 2011 года в профессиональный библиотечный тур по Китаю.

Что и говорить, шансов для выяснения этого вопроса практически не было. Найти иголку в стоге сена, наверное, проще, чем разыскать человека в стране с трехмиллиардным населением. Кроме того, туристический маршрут значительно отстоял от приграничного Росси – города Харбина – некогда своеобразной столицы Китайской восточной железной дороги (КВЖД), где и находится библиотека Хэйлунцзянской провинции. Тур охватывал лишь центральные и южные регионы, включая Пекин, Нанкин, Шанхай и другие города, сообщение между которыми туристы из-за дальности расстояний осуществляли не только на автобусах, но и на поездах и самолетах.

Вместе с тем, в каждой из посещаемых библиотек делались попытки узнать, не знаком ли кто-либо из персонала лично с Чжао Шиляном, не слышал ли что-либо о нем. Всё было тщетно.

Однако помощь пришла с абсолютно неожиданной стороны, судьба наконец-то улыбнулась. Она подарила встречу с окликнувшей российских туристов на улице китаянкой Шэнь Маньмэй или Любой – преподавателем русского языка в университете Сианя, проявившую на следующий же день после случайного знакомства горячее участие в розысках Чжао Шиляна. Ею было выяснено, что он некоторое время назад скончался, но дело отца в той же библиотеке продолжает его сын Чжао Чидун. Электронный адрес последнего Люба позднее переслала в Россию.

Таким образом, были созданы все условия для того, чтобы связь Хэйлунцзянской провинциальной библиотеки (Харбин) и уренского музея ученого-просветителя, расположенного в малом городе российского лесного Заволжья, снова была восстановлена, приобретя, как и прежде, персонифицированный характер.

Будем надеяться, что новый диалог сохранит все лучшие черты предыдущего диалога, освещенного именем достойного китайского ученика русского учителя.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.